Очнувшись в больничной палате, Декстер Морган ощутил пустоту там, где должен был быть Гаррисон. Сына не было. Ни записок, ни следов — лишь тишина и холодные стены. Мысль о том, что пережил мальчик, сжимала сердце сталью. Решение пришло мгновенно: Нью-Йорк. Там он всё исправит. Там он его найдёт.
Большой город встретил их шумом и равнодушием. Отец и сын, каждый со своей внутренней ношей, пытались выстроить шаткий мост через пропасть между ними. Они говорили мало. Чаще просто существовали рядом в тесной квартире, где свет неоновых вывеск мерцал за окном даже глубокой ночью.
Покой оказался иллюзией. Однажды в дверь постучали. На пороге стоял Анхель Батиста, его лицо было серьёзным, а в глазах — немой вопрос о делах, давно похороненных в Майами. Прошлое не просто нагнало — оно встало в дверном проёме, заблокировав выход.
Тени сомкнулись вокруг них. Город, казавшийся бескрайним лабиринтом, внезапно сузился до ловушки. Выбора не оставалось. Вместе или никак. Только держась за руки, они могли прорваться сквозь надвигающийся шторм.
